не была красивой в обычном смысле этого слова. Она была необыкновенной, он словно вышел на солнечный свет после нескольких лет, проведенных в пещере, а когда она улыбнулась, у него перехватило дыхание.
Она подошла к фургону:
– Мистер Гибсон, мистер Дойл. Вижу, вы позаботились о себе.
Она наклонилась, чтобы поправить одеяло на коленях старика, и подхваченные ледяным порывом ветра ее юбки коснулись ног Дэвида.
– Он не соглашался ехать сюда, мэм, – сказал мистер Гибсон.
– Разве вы не хотите поработать в оранжерее? – спросила Мэг, с тревогой заметив волнение мистера Дойла. – Вы же любите цветы.
Дэвид проследил взгляд Дойла, который словно старался услышать то, чего никто не скажет. Казалось, он боится этого дома.
– Вам понравится. Вокруг будут люди, с которыми можно поговорить, – сказала Мэг. – Я устрою вас в домике по ту сторону от оранжереи. Мать мистера Гибсона уже разожгла камин.
Дойл нахмурился:
– А в оранжерее нет привидений?
– Ни единого, – заверила его Мэг.
Фургон загромыхал, отъезжая, и она, отступив в сторону, остановилась рядом с Дэвидом.
– Я никогда не видела его таким, – сказала Мэг, глядя вслед фургону. – Надеюсь, я правильно поступила, когда привезла его сюда.
– А Дойл больше ничего не говорил о том, что видел в церкви?
– Нет, но в холме есть пещеры. Это подтвердил шериф Стиллингз.
– Ты ходила к шерифу Стиллингзу? – Дэвид был готов задушить этого чертова Рокуэлла за то, что тот позволил Мэг приблизиться к шерифу.
Дэвид еще не видел Викторию в этом платье. Она выглядела потрясающе.
– Ты своими приказаниями превратил меня в узницу. – Она посмотрела ему в глаза. – Но ты не запрещал мне говорить с людьми или принимать решения, связанные с благополучием тех, за кого я несу ответственность. Если ты еще не заметил, то должна сказать, что я не сидела сложа руки.
Словно впервые Дэвид увидел конюха, выходившего из конюшни, чтобы помочь мистеру Гибсону. Бросив взгляд на дом, обратил внимание на чистые двустворчатые окна и ухоженные сады. Две горничные, которых он не узнал, вышли из дома и принялись выбивать ковер.
Он снова перевел взгляд на Викторию. В ответ она подняла брови; его охватило чувство, близкое к тому, которое он испытывал в гостиной, когда, прижав ее к занавесям, он овладел ею.
– Ты в мое отсутствие была занята делом. Ты собираешься пробыть здесь некоторое время?
Мэг подняла капюшон, пряча под него волосы.
– Натаниел и Робби завтракают. Я отправила мистера Рокуэлла в коттедж сообщить сэру Генри, что скоро привезу Натаниела. Я должна это сделать одна. А сейчас приглашаю тебя позавтракать с нами. Миссис Гибсон – отличный повар.
– Что ты сделала с моим поваром? – поинтересовался Дэвид.
– Эсма уволила его. Он лучше разбирается в лошадях. Не сомневаюсь, большинство нанятых тобой – шпионы, но я добавила несколько своих. Тех, кто действительно знает, как готовить пищу и делать уборку.
У него мелькнула чуть заметная улыбка.
– Буду иметь это в виду.
– Послушай, Дэвид, не наводи меня на дурные мысли. Она решительно прошла мимо него, отпустив его, как слугу, которому только что дали поручение, и он смотрел ей в спину. Они вышли из тупика. Он все еще смотрел на нее, когда она обернулась и поймала его взгляд, его поведение все сильнее приводило ее в замешательство. И его самого тоже.
В ее глазах вспыхнули янтарные искорки.
– Не возражаешь, если я отвезу Натаниела в коттедж? – спросила она. – У меня нет желания отделаться от тебя.
– Возьми карету с четверкой лошадей. Позднее я присоединюсь к вам.
– Дэвид. – Они посмотрели друг другу в глаза, и он в эту минуту понял, какую совершает глупость, исполняя даже одно ее желание, но почему-то ему было все равно. – Обещаю, что не велю миссис Гибсон отравить тебя. Нет у меня также желания убить или искалечить тебя.
Дэвид мрачно усмехнулся. Он видел по ее глазам, что она хочет сказать что-то еще. Но одно дело не отбирать у нее сына, и совсем другое – окончательно простить ее. Или забыть, как они поступали друг с другом.
Одно время он был священником и проповедовал всеобщее прощение, но теперь это касалось его самого.
Но именно поэтому он вернулся.
– Ты действительно когда-нибудь хотела моей смерти, Мэг?
– Нет. – Она выдержала его взгляд. – Я хотела тебя. И все.
Дэвид не пытался подавить чувство, вызванное ее ответом. Глядя на закрывшуюся за ней дверь, он изумленно поднял бровь. Оказывается, одно оброненное слово или фраза способны изменить самую суть их отношений.

Глава 15

Проезжая мимо кладбища, Дэвид придержал Люцифера и, въехав в огороженный