к заключению и должна оставаться на хлебе и воде, – она взяла из рук слуги бокал с лимонадом, – так что любые развлечения, само собой, исключаются. Кроме того, вы с Кристофером можете хоть спрыгнуть с крыши этого дома, мне все равно. – Брайанна презрительно фыркнула. – Я не разговариваю с вами обоими.
– Прекрасно. – Райан пожал плечами. – Теперь я вижу, как подействовало на тебя пребывание в Лондоне. Ты стала намного мягче – ну просто настоящая пуховка для пудры!
Рейчел нетерпеливо похлопала его по плечу.
– Ее сиятельство может играть в вашей команде.
– Рейчел... – Райан, повернувшись к ней, проводил взглядом мисс Бейли, которая невозмутимо прошествовала мимо, направляясь к газону, а затем перевел взгляд на Александру и замер, как будто его укусила ядовитая змея. – Миледи, – кивнул он наконец. – Надеюсь, вы по крайней мере сможете держать молоток?
Александра чуть не рассвирепела. Несмотря на томный вид, придававший облику Райана столь привлекательную для женщин загадочность и меланхоличность, манеры у него были не лучше, чем у обезьяны. С того самого мгновения, когда она сошла вниз в сопровождении Брайанны, он вел себя с ней исключительно грубо.
– Крокет – любимое развлечение представителей дипломатического корпуса во всем мире, мистер Донелли, – заявила она. Ей и раньше приходилось сталкиваться с типами, подобными Райану, и она не отступила бы перед ним, даже если бы на нее ополчился весь христианский мир. – Я научилась играть в крокет раньше, чем разговаривать: меня отлучили от материнской груди, дав мне в руки молоток.
Райан хмуро смерил хвастунью взглядом. В его темных глазах не было и тени притворства, он лишь пытался понять, что у нее на уме.
– В самом деле, миледи? Трудно поверить, что вы привыкли к играм на траве.
– Послушай, Райан. – Рейчел взяла в руки молоток и ударила по шару. – Ты не можешь придумать что-нибудь еще более занудное?
– Конечно, могу, но мне приходится себя сдерживать. – Райан отвесил Александре насмешливый поклон. – Приношу вам свои извинения, леди Алекс. – В его словах звучала откровенная издевка. – Но если во младенчестве вы привыкли забавляться с молотком для крокета, то тогда я скорее всего был приучен к серебряной соске.
– Оставь ее в покое, – раздался мужской голос. – А вы не обращайте на него внимания. – Брайанна уже успела познакомить Александру с Джоном Донелли: именно он, шагнув вперед, протягивал сейчас Александре зеленый крокетный молоток. Как и у всех братьев Донелли, у него были черные кудрявые волосы и длинные густые ресницы. Хоть Александра стояла на ступеньке террасы, а Джон на траве, ей пришлось поднять голову, чтобы заглянуть ему в лицо. – Мы поражены вашей храбростью, – весело сказал он. – Еще никто во всей Англии не осмеливался сыграть с нами.
– Не позволяйте им запугать себя, миледи, – ободряюще улыбнулась Брайанна. – Донелли всегда бьются за мировой кубок, не меньше.
Внезапно Райан уставился на что-то за спиной у Александры. Ей даже не пришлось поворачивать голову, чтобы догадаться: на террасу вышел Кристофер. Она сразу почувствовала его присутствие, и ее как будто обдало горячим ветром пустыни.
– Держи молоток, Крис, – сказал Джонни, пытаясь разрядить напряжение. – Мы начинаем игру.
В мгновенно наступившей тишине Александра встретила взгляд Кристофера.
– Кажется, я что-то пропустил? – усмехнувшись, спросил он.
– Меня пригласили принять участие в крокетном матче на звание чемпиона мира.
Кристофер молча окинул взглядом свое семейство, и Райан тут же поднял обе руки вверх:
– Это не я пригласил ее.
Взяв молоток из рук Александры, Кристофер передал его Джону.
– Вы позволите мне перекинуться парой слов с ее сиятельством?
Невольно вздохнув, Александра последовала за Кристофером в дом, отмечая про себя, что, находясь в кругу семьи, Кристофер мгновенно перенял манеру говорить, свойственную всем Донелли. Здесь, среди домашних, он держался совсем иначе, чем в ее обществе или в конторе.
Войдя в распахнутые застекленные двери, они оказались в гостиной. Все здесь было выдержано в голубых и белых тонах, от драпировок на окнах до ковров на полу. Александра огляделась с благоговейным восхищением. Изящный диван и кресла с роскошной обивкой цветом рисунка ткани напоминали изготовленный искусным мастером дельфтский фаянс, как будто только что вынутый из печи.
Неожиданно двери закрылись. Александра невольно вздрогнула и обернулась. Кристофер стоял, прислонившись к двери, скрестив руки на груди. Казалось, его глаза вобрали в себя всю голубизну этой роскошной