себя полностью опустошенной и была так измучена и унижена, что готова была ударить Кристофера, если он еще хоть раз позволит себе пошутить по поводу ее незавидного положения. Никогда в жизни она не испытывала подобного ужаса. Казалось, ее раздели донага и выставили на всеобщее обозрение. – Иди ко мне.
– Нет. – Александра отодвинулась от Кристофера как можно дальше. – Я только испачкаю тебя, и к тому же от меня ужасно пахнет.
– В самом деле? – Он протянул руку и погасил фонарь, потом набросил плащ на ее плечи. Ее тут же обдало волной знакомого запаха, его запаха. – Я ничего не имею против грязи, если это твоя грязь, – заявил Кристофер и решительно усадил Александру к себе на колени. Вырваться из его рук казалось просто невозможно – они были твердыми, как железо.
– Мне кажется, у меня появились блохи, Кристофер. Ладонь Донелли скользнула по ее бедру.
– Ты не встречала подлинной грязи и зловония, Алекс, – для этого тебе надо было бы поработать на сооружении сточных труб для нечистот на набережной Темзы. Уверяю тебя, тут даже нечего сравнивать.
– Какие ужасные вещи ты говоришь! Неужели ты бывал в подобных местах?
– Можешь мне поверить.
Перестав сопротивляться, Александра прижалась щекой к теплому плечу Кристофера и принялась смотреть на уличные огни. Дорога, по которой двигался экипаж, выглядела совершенно пустой.
– Должно быть, я кажусь тебе высокомерной аристократкой? – тихо произнесла она.
– А ты и есть высокомерная аристократка. Готов поспорить, что прежде ты видела блоху разве что под микроскопом.
– Тебе это представляется забавным, да? Я кажусь тебе каким-то реликтом, найденным твоими строителями во время рытья котлована?
– Нет. – Кристофер снял перчатки, нежно провел рукой по ее щеке и коснулся пальцем ее губ. Это движение заставило Александру затрепетать от желания. – За все те годы, что мы с тобой знакомы, мне никогда не приходилось видеть тебя хоть немного растрепанной или неаккуратной, за исключением; конечно, тех случаев, когда мне удавалось повалять тебя в постели, в сене или в песке – да где угодно, где только нам доводилось бывать вместе. – Кристофер говорил шепотом, почти касаясь губами ее лица. – Ты чертовски соблазнительна, даже если пахнешь так, как будто тебя только что выловили со дна Темзы. Если ты хотя бы ненадолго замолчишь, я тебя поцелую.
Александра спрятала лицо в ладонях и расхохоталась. Она сама не знала, следует ли ей почувствовать себя оскорбленной или испытать облегчение, и решила выбрать последнее. Немного успокоившись, она смогла наконец поднять глаза на Кристофера:
– Мне и в самом деле жаль, что я заставила тебя волноваться.
Она высунула руку из-под плаща и погладила его крепкое мускулистое плечо. – Все было бы прекрасно, если бы не фейерверк. В том, что произошло сегодня ночью, нет вины Брайанны.
– Вы с моей сестрой напугали меня до смерти, Алекс.
– Извини. – Александра вновь почувствовала приступ отчаяния, как тогда, после ночи, проведенной вместе в каретном сарае.
– Брайанна очень расстроена, и поделом, – заявил Кристофер, заставляя Александру откинуться на подушки и касаясь губами ее шеи. – Не каждый день приходится потерять в толпе будущую графиню Уэр, чтобы потом убедиться, что твой кумир ввязался в драку. – Он внимательно посмотрел ей в глаза. – Мне удалось узнать имя человека, который настоял на твоем аресте, и завтра я наведу справки.
– Тогда ты знаешь, как называлась та лавка? – с надеждой воскликнула Александра.
– Не совсем. «Белый лебедь» не первая подделка, выставленная на всеобщее обозрение в музее. – Кристофер нежно провел рукой по волосам Александры, распутывая шелковистые пряди. – Должно быть, когда рубин был включен в экспозицию, вор сделал с него набросок. – Кристофер наклонился и поцеловал свою «пленницу». – Но это единственная зацепка, которая у нас есть. – Следующий поцелуй был более долгим. – В последнее время в торговле крадеными драгоценностями не наблюдалось особого оживления.
– И что это означает?
– Возможно, ценности удалось вывезти из Англии.
– Постой. – Александра открыла глаза и вытянула шею, чтобы увидеть бледное предрассветное небо. – Куда мы едем?
Губы Кристофера сложились в плутоватую усмешку.
– Ко мне домой.
– В самом деле?
Они едут в дом Донелли, как настоящие любовники. Интересно, приводил ли Кристофер кого-нибудь к себе раньше? Эта мысль показалась Александре невыносимой.
– Я послал вперед Барнаби, так что ванна уже ждет тебя. – Кристофер коснулся губами ее горла. – Я не в силах остановить рассвет, но обещаю доставить